«Новый Казахстан со старыми проблемами» - международный политолог Ануар Нуртазин о переменах в стране

«Новый Казахстан со старыми проблемами» - международный политолог Ануар Нуртазин о переменах в стране


В эксклюзивном интервью «Актобе Таймс» Ануар Нуртазин ответил, почему народ беднеет, несмотря на предпосылки к экономическому росту, как власти манипулируют статистикой, и какие риски назревают для страны из-за войны в Украине.

Артур САЙЫН


Ануар Нуртазин - известный политолог и экономист, к экспертному мнению которого прислушаются на международных площадках. Автор различных научных и публицистических статей, в прошлом преподаватель, работал в Министерстве индустрии и торговли, представлял Казахстан в экспертном совете при комиссии Таможенного союза в Москве, действительный член Американского химического общества, пишет @aktobe_times

- Прошло полгода после январских событий в Казахстане. Как вы считаете, какой урок извлекли власти, и что изменилось в жизни простого народа?

- В принципе, люди ничему не учатся. Власть — это в конечном итоге конкретные персоналии, и говорить, что они извлекли какой-то урок из январских событий, нельзя. Скорее появился дополнительной страх, что нечто подобное может повториться. Этот страх форсировался в то, что у нас выстраивается жесткая вертикаль управления не только в силовых ведомствах, но и в судебной иерархии.

Вы знаете, здесь это самый сложный вопрос: что изменилось для народа? Если взять то, что произошло – январские события – конечно, трагический случай. Но это не первая трагедия, в том же Жанаозене были многочисленные жертвы в 2011 году, были события в Актобе в 2016 году. Здесь можно говорить, что причинами их были где-то терроризм, где-то социальный взрыв, но на самом деле всё связано с тем, что в стране отсутствует общая основополагающая и объединяющая идея. А если этого нет, то мы теряем интенцию к развитию. Что мы хотим построить: просвещенный авторитаризм или демократическую технократию? Истеблишменту необходимо создавать смыслы, и задавать вектор развития. Этим самым он должен объединить народ, и сказать, что мы хотим и куда идём. Увы, этого нет.

«Дискурс о новом Казахстане витает где-то вокруг да около»

- Неужели концепция «Новый Казахстан» сводится только к усилению институтов власти?

- «Новый Казахстан» у нас впервые был объявлен в 2007 году, и про это благополучно забыли. Потом была группа депутатов, объявившая «Новый Казахстан» в 2019 году с приходом Токаева. У нас вообще любят забывать те программы, которые были раньше. Как говорится, у нас прошлое никогда не определено, а раз так, в него можно плевать, как минимум. Этот «новый Казахстан» уже, наверное, 4-ый за эти 30 лет, так что вернее говорить, что это «заново постиранный» Казахстан. Когда мы говорим о второй, третьей республике во Франции, обычно мы подразумеваем о каких-то существенных видоизменениях. Но на сегодняшний день существенных сдвигов в парадигме власти и экономики Казахстана не произошло. Дискурс о новом Казахстане витает где-то вокруг да около.

Если же говорить опять-таки про недавний референдум, здесь позитивный опыт рассчитывался из того, что население предоставляло определенный карт-бланш руководству страны, потому что после января 2022 года у многих появилась вера в то, что это действительно новый президент. Но люди, так сказать, циничны, и смотрят только на одно - что мы имеем на сегодня. Фактически все изменения в политическом ключе носят двойственный характер, то есть мы идем буквально шаг вперед и два назад. Начинаем всё с нового листа с краплёными картами.

Народ не получил того, что хотел. Я бы не сказал, что у президента связаны руки. Политика — это искусство возможного, разумеется, есть внутриэлитарный консенсус, и его нельзя ни в коем разе нарушать, чтобы сохранить баланс власти и баланс внутри страны. Здесь не то, чтобы руки связаны, а скорее страх, что процесс станет неуправляемым или условно управляемым. Скажем, отдать на 60% власть в руки граждан истеблишмент себе позволить не может. Это на самом деле большая проблема, фактически людям отказывают в праве голоса, в праве выбора, создавая «вторую» Республику со старыми дырками.

«Люди требуют изменений, начиная со своего холодильника»



- Что нужно сделать, чтобы народ поверил в государство?

- Люди видят изменения только в своём холодильнике. Каждый из нас ощущает на себе экономическую турбулентность, рост цен, изменения в доходах. Государство должно стать социальным. Не раз нам говорили, что у нас маленькие налоги, что мы социально ориентированная страна, на самом деле это не так. Если вы возьмёте все ставки налогов, которые отражаются на физических лицах, то они окажутся достаточно высокими, это прямые, косвенные и скрытые налоги– это все ложится на каждого из нас. В первую очередь, надо дать возможность работать малому и среднему бизнесу. Отменить термин «самозанятый» – это де-факто безработный. Уйти от тех цифр, которые (мы не раз доказывали) не связаны с объективной экономической реальностью. В первую очередь это средняя зарплата. Её в Казахстане не существует. Когда мы рассчитываем среднюю зарплату, мы буквально берём всё население и связываем самые высокие и самые низкие зарплаты, и считаем тех, кто ест золотую икру, и тех, кто перебивается с сухарей на воду. В среднем у всех вроде бы получается неплохо. Объективным показателем будет модальная зарплата, это та сумма, которая чаще всего встречается. Еще рассчитывают медианную зарплату, это середина всех зарплат. В 2019 году модальная зарплата в Казахстане около 60 тысяч тенге, медианная около 100 тысяч и средняя около 200 тысяч. Видите разницу?

Постоянно играя со статистикой, мы не решаем наши вопросы, проблемы суммируются и накапливаются. И этот тренд сейчас выстрелил на самом элементарном примере – сахаре. Говорят, что он есть, но на конечной точке его нет. Если говорить чисто из законов рынка, если бы сахара было много, то предложение превышало бы спрос, цена падала бы, а она растёт. Мы уже молчим о высоко технологичном производстве, о производстве автомобилей. Мы не можем элементарно посадить и вырастить свеклу и сделать из неё сахар. И здесь возникает проблема с сельским хозяйством. С учётом всех субсидий и программ, которые выделялись и выделяются, цены должны были начать падать еще лет 20 назад.

Все министры и акимы должны научиться говорить правду и признавать свои ошибки.

«Вокруг города сформировался пояс нищеты»

- Как вы оцениваете ситуацию «снизу»? Например, в Актобе что-нибудь меняется?

- В Актобе все те же проблемы с экологией. Ситуация с вонью висит в воздухе уже 10 лет, а то и больше. Мы имеем 1000 различных итераций и мантр от исполнительной власти, что всё решится, но по факту ничего нет. Городская застройка производится в хаотичном порядке. До сих пор существует точечная застройка, которая оказывает давление на внутренние инженерные сети. Вопрос с электроснабжением также не решён. Внутри города практически полностью исчезли зеленые насаждения, лесополосы. Вокруг города сформировался пояс нищеты. В первую очередь, это люди, которые проживают на дачных участках, и этот вопрос также не учитывается и не рассматривается. Итак, говорить, что в Актобе и области произошли кардинальные изменения, не стоит. Если вернуться к событиям января, то мы видим, что в Актобе очень высокий протестный потенциал.

- Получается, что одни и те же проблемы тянутся из года в год. Эта такая стратегия власти - всё время оттягивать решения?

- Если бы это была стратегия, было бы замечательно, потому что на любую стратегию можно выработать контрстратегию. Здесь вопрос в том, что они говорят это за зарплату. В 2021 году зарплату госслужащим подняли в два раза, причём задним числом. Почему это важно? Нацбанцк должен за год или несколько лет вперёд планировать инфляцию по стране. При этом очень большой группе населения (государственным служащим) резко, экстренно поднимают зарплату в середине лета. Они и так наделены бонусами в виде страховки от потери работы, дополнительных выплат в случае сокращения и так далее. Более того, зарплата растёт опережающими темпами выше рынка, выше частного сектора. Это неприемлемо. Во всем западном мире госслужащие – это не те люди, которые зарабатывают много, они зарабатывают стабильно. Возвращаясь к вопросу, это не стратегия, а просто есть такая базовая некомпетентность, не отдельного чиновника, а целой системы. Система неуправляемая и замкнутая на самой себе. Любой госслужащий, находящийся внутри неё, практически ничего не решает.

Даже вот приезжают министры в регионы, вы посмотрите в их «грустные глаза», когда они слушают очередные жалобы. Приезжал министр экологии, говорили ему и про вонь в Актобе, и про исчезающие реки. Конкретных ответов никто не услышал. Я уже молчу про краснокнижных сайгаков, из которых Мин-экологии хотело сделать консервы.

- Одно дело некомплектность, а если есть заинтересованность в том, чтобы не решать проблемы, скажем, лоббируя интересы того же бизнеса?



- Мы всегда говорим, что нам важно привлечь инвестиции, особенно извне. Если возьмем АО «Актобе СНПС-Мунайгаз», где работают китайцы, вспомним, что компанию купили когда-то за 5 миллиардов тенге по тому времени. Это даже не доходит до 100 миллионов долларов, а какие-то десятки, и мы не ведаем, прошла ли оплата по факту. Мы знаем, что в год Актюбинская область добывает около 8 миллионов тонн нефти. Это, грубо говоря, в год 4 миллиарда долларов. Инвестор делает деньги, а мы получили экологическую катастрофу. Правительство дало разрешение на добычу нефти на песках «Кокжиде», где сосредоточен уникальный стратегический запас пресной воды – это трагедия нашей страны. А что в результате в области остаётся? Только ИПН и соцналог, львиная часть налогов уходит в центр, несмотря на то, что мы страдаем, и мы зарабатываем в валюте, но практически ничего за это не получаем.

«Мы вроде бы всех кормим, а ходим с протянутой рукой»

- Как нужно изменить ситуацию, чтобы регионы стали жить лучше?

- Я был во всех регионах Казахстана, практически каждая область борется со своим акимом. Конечно, хотелось бы получить демократизацию каждого региона в первую очередь: подотчётность, далее прозрачное управление финансами. Мы вроде бы всех кормим, а ходим с протянутой рукой. Если сравнить гражданский бюджет столицы и бюджет Актобе, то увидим, как несправедливо идёт распределение денег на каждого жителя.

Мы хотим демократизацию. Чтобы аким был актюбинским, чтобы до назначения он поработал и в частном секторе, и госслужбе, не пенсионера. После ухода с должности аким должен оставаться в этом регионе. Если посмотрим по каждому региону, то большинство акимов после ухода с поста там не живут. Это большая проблема, ведь потом не с кого спросить.

«Беднеем с момента, как обрели независимость»

- Мы видим, как стремительно растут цены. С какого момента мы стали нищать и почему?

- Лучше сказать, беднеем. На самом деле, с того момента, как обрели независимость. Потому что с тех пор у нас возникают вопросы о справедливости приватизации. Когда мы объявили независимость, у населения были устремления в позитивном ключе. Был такой философский позитивизм: люди обрели свободу, наконец-то нам начали говорить хоть какую-то правду. Мы получили свободы, права и так далее. Но при этом всё то имущество, которое мы получили в наследство, не имея при этом долгов, смогли благополучно истратить. Небольшой период, когда у нас была буквально шикарная конъюнктура на внешних рынках с начала 2000 годов по 2008 год, по всей линейке продукции нашего экспорта: нефти, газа, металла, зерна - мы потеряли. Каким образом? Все излишние доходы складывали в единую кубышку в виде национального фонда. А как вы знаете, фонд до сих пор юридически не определён, это всего лишь счёт в национальном банке. Какое-то время фонд рос, но мы его не использовали и не смогли запустить нашу экономику изнутри. Все те программы, которые у нас были от индустриализации, «30 корпоративных лидеров» и так далее, – не дошли до своего логического конца. Все институты развития, которые создавались у нас, от банка развития Казахстана до «Самрук-Казына», носили исключительно формализованный характер. Капитаны бизнеса, не думая про социальную направленность, будущие выгоды, предполагали свои решения из сиюминутного контекста, и, соответственно, решения правительства были ситуационными, а это было сродни экономическому самоубийству.

Сейчас мы наблюдаем, особенно с карантинного периода, что по многим показателям роста нет. Хотя, опять же, сформировалась замечательная конъюнктура на внешнем рынке по нефти и газу. Более того, мы нарастили свои объемы по добыче и экспорту, сократили потребление. Таким образом, мы должны были получить дополнительное финансирование. Но активы нацфонда уменьшаются в размерах, валютные резервы тают. Инвестиции в основной капитал падают, закредитованность населения растёт. Уровень торговли снижается. Денежная база сужается, и денежная масса уменьшается при одновременно галопирующей инфляции.

Война между Россией и Украиной, как бы это ни звучало аморально, должна была позитивно влиять на Казахстан, так как мы являемся мостом, через нас проходят транспортные и туристические потоки. При этом цены на внешние ресурсы выросли значительно, причём на наши экспортные товары. Это должно было положительно влиять на нас. Однако «выгода» нивелируется импортом инфляционного давления со стороны той же России. Иными словами, мы маленькая и бедная страна, и очень зависимая. Мы покупаем в России в два раза больше, чем они у нас.

Будем ли мы дальше беднеть? Это зависит от тех, кто управляет нашей экономикой, тех, кто создает стратегию развития. У нас есть определённые шансы, буквально за один год с учётом тех рисков, которые появились в Российской Федерации. Насколько мы сможем ими воспользоваться, это другой вопрос. Как президент сказал: «С улицы мы никого не берём». Соответственно, та же команда будет решать те же задачи. Так что казахстанцам следует пожелать только огромной удачи, что кто-то из членов правительства случайно найдёт просветление и сможет что-то решить.

Прогнозы пока неутешительные: в Казахстане с высокой вероятностью продолжится падение уровня жизни, в особенности со второго полугодия 2023 года. Поскольку сохраняется вероятность эмбарго по нефти и меди через Россию. Альтернатив в географии для нас нет. Каспийский трубопроводный консорциум под риском остановки как со стороны России, так и со стороны ЕС. Есть угроза попадания под вторичные санкции. За океаном уже фиксируют нарушение санкционного режима. Но молчат, пока. По мясу недостаток производства, у нас импорт выше экспорта почти в 10 раз. Остаются проблемы с сахаром, маслом, мукой.

«Пояса всегда нужно затягивать»



- Как в таких условиях населению сохранять оптимизм и как готовиться к очередному кризису?

- Надо иметь не то, чтобы толстую кожу, а смотреть на всё, как на переходящее. С другой стороны, мы ожидаем в ближайшие три года изменения в экономике планеты, то бишь структурную перестройку. В этом плане есть надежды, что наконец-то мы сможем заниматься улучшением качества самой жизни. Разумеется, это будет сопряжено с определёнными потрясениями. Из-за ненормированного распределения средств пояса всегда нужно затягивать. Люди уже переориентировались на новые условия, мы сейчас не видим массовых очередей за новым айфонами. Люди больше тратят свои доходы на питание. Банальный совет: не держать яйца в одной корзине. Надо отказаться от потребительских кредитов. От ипотеки, если это возможно. А так, конечно, не переживать и радоваться каждому дню. Помнить, что устойчивого роста не бывает, всегда есть взлёт и падение.

Похожие новости

Календарь новостей
«    Сентябрь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930