«Населению нужно видеть, что их деньги не воруют» - эксперт рассказала, как в Казахстане сыграли на руку промышленному лобби

«Населению нужно видеть, что их деньги не воруют» - эксперт рассказала, как в Казахстане сыграли на руку промышленному лобби


Опасения общественников сбылись: членство Казахстана в международной инициативе прозрачности добывающих отраслей приостановили с 1 февраля. Потому что страна так и не сдала отчет с финансовыми данными недропользователей. Так граждан Казахстана лишили возможности контролировать то, как крупные компании тратят деньги, полученные от добычи и продажи ресурсов сообщает @aktobe_times

Артур САЙЫН


Если отчет не будет готов, Казахстан могут окончательно исключить из списка стран, стремящихся к прозрачному и справедливому регулированию добывающего сектора экономики. А это может повредить репутации Казахстана.

Что такое ИПДО?

Инициатива прозрачности добывающих отраслей (ИПДО) – это мировой стандарт, который должен помочь сделать деятельность нефтегазовой и горнодобывающей отраслей промышленности прозрачной. Инициатором создания данного старта выступил Тони Блэр, занимавший в начале двухтысячных пост премьера Великобритании. Эта инициатива заинтересовала экс-президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, и с 2005 года стандарты ИПДО стали внедряться у нас в стране. Собственно, ИПДО - это не только название, которое определяет саму инициативу, но и организация, в которую входит сейчас более 50 стран. Каждые несколько лет требования стандарта ужесточаются, а государства проходят так называемую валидацию – то есть правительства должны подтвердить, что требования ИПДО неукоснительно исполняются.


Инициатором ИПДО был бывший премьер-министр Англии Тони Блэр, позже внедрить международные стандарты захотел Назарбаев.


Деньги, предназначенные Актобе, ушли в Астану

Главным показателем того, как инициатива реализуется в разных странах, служит отчет ИПДО, о котором вкратце сказано выше. Репортер «АТ» поговорил с программным директором НПО «Эхо» Марией Лобачёвой. Она многие годы посвятила внедрению этой инициативы в Казахстане. Она рассказала, что из себя представляет данный отчет и почему он важен больше простому населению, нежели глобальной общественности. Так, по информации Марии Лобачевой, в нем удалось выявить, как деньги, предназначенные на развитие Актобе, ушли в Астану.

- Этот отчет достаточно большой, в нем около 200 страниц, еще есть приложения к нему, а в приложениях дается информация по каждой компании отдельно, - говорит Мария Лобачева. - В них также отражают расходы на социально-инфраструктурные проекты, о которых в регионах люди очень сильно беспокоятся. То есть, это те платежи, которые платятся компаниями в натуральной форме в виде проектов, например, компания строит больницу, школу, ремонтирует дорогу. Например, в ВКО мы обнаружили, что некоторые компании финансируют проведение праздников, другая - содержание одной-единственной хоккейной команды. А вот, например, недавно подняли вопрос продажи аэропорта в Уральске россиянам. Одна из основных претензий к тому, что этот аэропорт был реконструирован за счет социально-инфраструктурных денег от «Карачаганак Петролеум Оперейтинг» (нефтяное предприятие в ЗКО. – Авт.). Понимаете, если бы не было этой отчетности, мы не узнали бы, что аэропорт был реконструирован за счет этой компании. Деньги, которое КПО тратит на социально-инфраструктурные проекты, это деньги, которые относятся к возмещаемым расходам, то есть, Казахстан потом должен возместить это.

- А что вы можете рассказать про наш регион? Ведь в нашей области много недропользователей. Фиксировали ли благодаря отчетам такие подозрительные движения средств?

- У вас с «Казхромом» был интересный кейс. Компания тоже в рамках социально-инфраструктурного проекта построила монумент (то ли памятник) в Астане. Хотя, по существу, это ваши деньги, то есть средства на социальное инфраструктурное развитие региона выделяются именно там, где ведется добыча.

Речь идет о монументе «Стена мира», которую построили в Астане за 200 миллионов тенге.


Монумент «Стена мира» в Астане построили за деньги, предназначенные для социального развития Актобе.


«Даже воюющая Украина сдала отчет»

По словам Марии Лобачевой, отчет ИПДО не публиковали с 2021 года, хотя он есть, но общественники отказываются утверждать из-за отсутствия многих сведений.

- Сам отчёт ИПДО включает в себя информацию не только от компаний-плательщиков, но и от получателей: от министерства финансов, от акиматов, то есть от всех, кто получает эти деньги. Собирать это все воедино должна отдельная компания. На это специально предусматриваются средства в бюджете, должен объявляться конкурс, то есть ищется изготовитель отчета. В последний раз отчет выходил в 2020 году за 2018-2019 годы, с тех пор отчет не публиковался. Он настолько неудовлетворительного качества, что гражданское общество отказывается подписывать и утверждать его. Благо, существует национальный совет заинтересованных сторон, который создан для того, чтобы управлять реализацией инициативы в Казахстане. Он состоит из 4 сторон: правительства, парламента, гражданского общества и компаний. Самое главное, что все решения принимаются консенсусом: если одна из сторон не согласна, то решение приниматься не будет. В данном случае гражданское общество не согласно, чтобы утвердить отчет, потому что он в очень слабом виде. Министерство индустрии является официальным заказчиком этой работы, оно должно требовать с поставщика, чтобы этот отчет соответствовал технической спецификации, которая тоже разрабатывается национальным советом. Для нас, как для гражданского общества, как для граждан Казахстана, важно, чтобы раскрывалась вся информация.

В министерстве индустрии и инфраструктурного развития Республики Казахстан недавно заявили, что отчет не смогли сделать вовремя из-за пандемии COVID-19, а потом уже из-за январских событий. Мария Лобачева считает это отговорками:

- Мы, гражданское общество, с представителем национального секретариата работали весь февраль (прошлого года) и подготовили техническое задание, - говорит Мария Лобачева. - Министерству оставалось только согласовать его с другими министерствами и вынести на Нацсовет, провести голосование и утвердить. А уже, пожалуйста, в апреле проводить госзакупки, то есть понимаете, это оправдания. Мы пытались добиться от правительства начала процесса госзакупки, что пора писать отчет, но ничего не было сделано. Даже воюющая Украина подготовила этот отчет.

«Это четкое послание стране, что у нас есть проблемы»

Последствия того, что Казахстан не опубликовал отчет, вылились в приостановке членства в ИПДО, но еще не к полному выходу. У страны еще есть время исправить ситуацию:

- На самом деле, когда страны берут на себя обязательства и вступают в инициативу, они проходят так называемую валидацию – это оценка соответствия стандарту. И эта оценка, если страна хочет быть открытой, просто направлена на то, чтобы помочь ей понять: где есть слабые места и где, наоборот, все прекрасно. Всё не так жестко: если что-то чему-то не соответствует, то не страну сразу выкидывают, а даются рекомендации (так называемые исправительные меры), чтобы в следующий раз пройти валидацию. Есть международный секретариат, в нем несколько подразделений, есть сотрудники, которые оказывают поддержку стране для реализации инициативы.

Секретариат оценивает со всех сторон, не просто смотрит отчет, а постоянно созванивается с представителями правительства, гражданского общества, компаний. Помимо секретариата, есть международное правление. При нем как раз действует комитет по валидации, он заслушивает международный секретариат и знакомится с документами. Потом рекомендации валидационного комитета выносятся на рассмотрение правления.

То есть, видите, здесь многоступенчатая схема, чтобы избежать любого конфликта интересов. Кстати, представители страны, которая проходит валидацию, не вправе участвовать в заседании комитета или правления, что еще раз подчёркивает независимость.
Но, безусловно, приостановление участия – это четкое послание стране, что у нас есть проблемы.

Проблемы и сверху и снизу

Если отстраниться от единого отчета, то следует помнить, что каждая компания обязана отчитываться перед министерством индустриального и инновационного развития. Некоторые сведения должны быть доступны населению на специальном сайте – «Единая государственная система управления недропользованием» (ЕГСУ). По словам Марии Лобачевой, компании сами заполняют там отчеты. Однако актуальной информации нет, как минимум, с 2020 года. Напомним: именно по старым отчётам этой платформы актюбинским общественникам удалось выявить подозрительные траты наших недропользователей. Вспомним, например, историю с финансированием «Казхромом» некоего дома в микрорайоне Батыс-2, где подвели инфраструктуру на более, чем 50 миллионов тенге. В ЕГСУ эти траты были описаны, как расходы на социальное развитие региона. По факту выяснилось, что «Казхромом» была подведена инфраструктура к дому, где живут сотрудники компании.

Повторимся: раз нет единого отчета, которое заказывает министерство, это не повод не публиковать компаниями собственные сведения. Причина, по которой информации нет, нам пока не ведома.

Акиматы не в курсе?

На практике, когда журналисты запрашивают информацию о том, как нед-ропользователи конкретно участвуют в жизни региона, чиновники отвечают неохотно. Мы несколько раз просили отчет у областной администрации, например, что наши нефтегиганты покупают, или какие услуги оказывают для области или города в рамках социнвестиций. Но в ответ не получали конкретных сведений, нас лишь просили обращаться в министерства. Как говорит эксперт, проблема отстранённости местных органов в делах добывающих компании - в регионах не редкость.

- С местными органами это вообще проблема большая. Изначально в 2016 году мы добились, чтобы было поручение от администрации президента к каждому акимату. Чтобы они, во-первых, проводили обсуждение по итогам реализации социально-инфраструктурных проектов, но, с другой стороны, чтобы раскрывали ту информацию, которую требует общественность. И эти обсуждения они должны были проводить с представителями компаний и гражданского общества. Я на днях обнаружила, что поручения президента не подлежат публикации, поэтому их найти нигде невозможно. А от акимата нам пришло недавно уведомление, что никто никому ничего не должен, то есть, по всей видимости, нет такого поручения теперь. Это тоже бы хотелось сильно обсудить на Национальном совете, который, к сожалению, проводится довольно редко.

- Главное, чтоб люди требовали, чтобы эти проекты выбирал не акимат, так как им заблагорассудится (или компания, тем более), а само население.



ИПДО - глобальный заговор?

Напоследок мы спросили у эксперта, относительно довольно популярного мнения у любителей конспирологии. Так, некоторые считают, что ИПДО – это инструмент нео-колониализма, призванный для сбора финансовой информации для международных институций для своих коварных целей.
- Великобритания, Нидерланды, Норвегия, Германия - это страны, которые входят в ИПДО, и требования к ним такие же, как и ко всем. В Великобритании есть реестр бенефициаров, по которым можно посмотреть, кто чем владеет, даже есть информация по «Казахмысу», у кого какое гражданство, то есть нельзя говорить, что это какой-то заговор. И, самое главное, мы сейчас с вами говорили, как важно видеть эту информацию именно населению в первую очередь, чтобы знать, что деньги не воруются. Или, если воруются, то хотя бы мы могли поднять этот вопрос и говорить об этом, и каким-то образом задействовать имеющиеся рычаги. Сейчас у нас единственно вопросы к США, они в свое время вышли из ИПДО, это было после лоббирования президентом Трампом. Сейчас их гражданское общество ведёт активную работу, чтобы страна вновь присоединилась к ИПДО. В основном противники ИПДО – это сами компании, которые не хотят раскрывать информацию, у них зачастую бывает сильное лобби, - заключила Мария Лобачева.

Похожие новости

Календарь новостей
«    Июнь 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930