«И никакой не было для Него нужды создать человека, кроме любви»

Отец Дмитрий (Дмитрий Соловьёв), протоиерей, настоятель храма Святого князя Владимира, руководитель отдела по связям с обществом и СМИ Актюбинской и Кызылординской епархии

О том, как стал священником

Эти мысли связаны были с моей прабабушкой. Мои родители, как и у всех, были заняты работой: отец трудился на железной дороге, мама в управлении оросительных систем. И вот моя прабабушка, помню, брала меня за руку и приводила в храм. Запах ладана всегда на меня производил неизгладимое впечатление, как и встреча с батюшкой.

Помню, как меня крестили и не дали свидетельство. Говорю: «Бабуля, я тоже хочу такое». А она говорит: «Тебе не надо, ты же все равно батюшкой не будешь». А потом уже, спустя много лет, когда открыли возле Планетария  храм Архангела Михаила, я пришел туда помогать, это был 1991 год. Там и остался, дорос до библиотекаря, иногда даже сторожил храм. Затем стал диаконом, вторым священником, сейчас настоятель храма Святого князя Владимира.

Мне кажется, священник – это человек, который должен расширить свое сердце до такой степени, чтобы вместить и Бога, и людей. Насколько его сердце расширяется, настолько он священник.

«Я благоговею перед людьми, которые метут дворы»

Вообще мне всегда были привлекательны профессии, задача которых служить людям. Я благоговею перед людьми, которые метут дворы и помогают городу становиться чистым. Мне кажется, что это настоящие герои.

Я благоговею перед медиками очень сильно, перед теми же медсестрами. Одна из них когда-то спасла мне жизнь.

Мне очень нравится деятельность людей, которые занимаются волонтерством, которые помогают бабушкам, дедушкам, неимущим.

Такие люди всегда вызывают у меня внутреннее благоговение, уважение. И, конечно, я хотел бы на них равняться.

«Шаг - ты, шаг - Бог»

Так создано Богом, что человек является его соработником. По-гречески – это называется синергия. Шаг – ты, шаг – Бог.

Если Бог всё будет делать за нас, то человек расслабится и превратится в бесхребетное существо. А Бог так устроил, что порой он помогает руками людей или помогает какими-то направлениями мысли.

«Ценность человека в преодолении себя»

Первопричина зла, конечно, в дьяволе, в нечистом духе. Он был очень близок к Богу, но потерял дистанцию, да так, что посчитал себя равным ему.

Дьявол завидует людям, ибо Бог нам многое прощает, ибо Бог нас любит. А дьявол считает, что мы этого не достойны, что мы земные, а он небесный. И он враждует против людей, поэтому сеет в любое добро сорняки.

Отделить пшеницу от плевел, сорняки от урожая – это задача человека. Но дьявол способен внушать свои темные мысли, он дает искорку. И если человек прошел мимо нее, то тогда дьявол теряет власть. Если человек прислушался, то дьявол обретает силу, и тогда происходят трагедии, войны, убийства и беззакония разные.

Возможно было бы сделать всех людей ангелами, возможно было бы сделать всех людей добрыми, но тогда люди потеряли бы свободу. Какая была бы ценность в добре, в любви, если бы всех Бог создал любящими, добрыми?

Ценность человека в преодолении себя. Когда оно дано даром, то в нем нет никакой человеческой работы, никакого человеческого подвига.

«Каждый из нас может споткнуться»

Трусость – это состояние, которое присуще каждому человеку. Каждый из нас может споткнуться. Но когда ты преодолеваешь страх, пытаешься проявлять героизм, то в этом подвиг.

Вот подошел к тебе человек и попросил тысячу тенге. А эта тысяча последняя у тебя, и, отдав ее, проявляешь храбрость.

«Человек чаще всего видит в другом то, что есть уже в нем»

Христианин может обличать и должен обличать грех, он должен восставать против греха. Но, во-первых, он должен это делать от любящего сердца.  А во-вторых, он должен окунуться в себя и спросить: «А я не такой ли?»

Человек чаще всего видит в другом то, что есть уже в нем. Обличение надо отличать от осуждения, последнее – грех.

«Надо любить то, что ты делаешь»

Если делать что-то в натяжку, это первый признак надрыва. Надо любить то, что ты делаешь, и любить людей.

Были моменты, когда в силу обстоятельств, в силу болезни, я долго не служил.  Тогда я ощущал жажду вновь встретиться с людьми, участвовать в тех же крестинах, венчаниях и других службах, и мне было от того больно, что я не в храме, не с прихожанами.  

«Такого совершенства мог добиться только тот, чья природа такая же - совершенная»

 Когда я был ребенком, помню, как задумался, что пройдет же время, и наступит момент, когда мне надо будет со всем расстаться, то есть умереть. А если я умру, то какой тогда смысл вообще жить?

Потом стал всматриваться в себя и задумываться: а как бьется мое сердце? Кто его заводит? И стал понимать, что такого совершенства мог добиться только тот, чья природа такая же – совершенная.  И в течение жизни я не раз находил тому примеры.

После этих размышлений никакого сомнения не было в Боге.

«Человеку не всегда интересно с Богом»

Бог самодостаточен. Мы, люди – сложные существа, но Бог очень простой. Человеку не всегда интересно с Богом. Человек может отталкивать Бога. А Богу всегда интересно с человеком.

Вот в любой момент жизни обратитесь к Всевышнему, и Он начнет говорить, начнет отвечать. Прислушайтесь к сердцу своему, и это будет Он.

И никакой не было для Него нужды создать человека, кроме любви.

«Видел, как душа вышла из тела»

Я боялся смерти. Мне за мою жизнь делали много операций разных, врачи прямо говорили мне, что я могу не выдержать.

В одной клинике в Москве мне сказали: «Мы за вас не возьмемся». И после этого я поехал на отпевание человека. Когда все прощались, я взглянул на могилу и подумал: «Да тут вроде не так плохо».

На последней операции во время наркоза я видел, как моя душа вышла из тела. Это было реально, настолько реально, как сейчас разговариваем с вами. И вот душа подымается с высокой скоростью, и вижу я койку свою, больницу, и чувствую, что чем выше от земли, тем теплее. И какая-то радость наполняет, и такая яркость цветов наступает – не передать словами. Видел ворота, видел долину.

И вдруг какая-то сила стала выталкивать меня оттуда, а мне не хотелось уходить.  И опять какая-то секунда, и понесся вниз с бешеной скоростью. И вот я вижу опять Москву, больницу. Чувствую холод, сильный такой, пронизывающий. И раз – я открываю глаза и слышу: «Он пришел в себя». Оказывается, я был в отключке восемь с половиной часов. А наркоз у меня был слабый.

После этого нет страха.

«Бог меня знает лучше, чем я себя знаю»

Если мне Бог окажет такую милость, и предстану перед Ним, я могу только опустить глаза, потому что знаю, что я согрешил, что во многом виноват.

Что могу я сказать Ему? Бог меня знает лучше, чем я себя знаю.

«Любовь всегда выражается в боли»

Мать рожает ребенка с болью. Отец, который работает где-то на заводе, превозмогает себя ради детей, семьи, тоже терпит по-своему боль. Любовь всегда выражается в боли.

Людям, которые женятся или выходят замуж, я говорю: «А вы знали, что по любви никто не женится и замуж не выходит?». А они всегда ошарашены и в ответ: «Да как же так?».

Я говорю, что вступают в брак по влюбленности, влюбляются в цвет глаз, в цвет волос, во что-то внешнее. А что там внутри, вы не знаете. Есть только искорка, а вам поддувать ее надо, чтобы возникло пламя любви. Для этого надо прожить многие удары и радости вместе.

Чем отличается любовь от влюбленности? Любовь старается дать, а влюбленность – забрать.

Что есть счастье?

Счастье, наверное, от слова часть идет, – быть с Богом, с людьми.

Я не могу насытиться этими духовными книгами, общением с Творцом, службой. Мне кажется, время бежит так быстро, и много еще не успеваешь. И хочется еще больше напитаться этим.

А несчастье – это впасть в какой-то грех. Это сильно споткнуться. То есть, предать Бога, или предать людей, предать ближнего.

О чем вы мечтаете?

Наверное, у каждого есть такая мечта, чтобы Бог продлил дни жизни, и чтобы Бог дал еще возможности послужить ему и людям.

Я бы не хотел оказаться ни на каком-то другом месте. Если бы мне дали возможность прожить жизнь заново, я бы ничего не менял.